27 мая
Блог «Аскер Сохт»
31 марта 1012

Черкесский мир в поисках себя

Черкесский мир в поисках себя

sohtasker Аскер СохтАвтор блога

Черкесская национальная повестка: что должно объединить черкесов, проживающих и на исторической Родине, в Черкесии, и в многочисленных странах диаспоры. Что делает их единым народом, какие общие цели есть у черкесов как нации?

Зейнель Абидин Беслени: Ни для кого не секрет, что, как и у всех других народов на земле, нет абсолютно единого объединяющего фактора, который делает всех черкесов частью одного национального образования, будь они на родине или в диаспоре. Это сочетание множества факторов, которые разделяют и связывают черкесов по всему миру. Это символика депортации с исторической родины в XIX веке, черкесский язык, особенности черкесской культуры, Хабзе, знание об исторической родины и т.д.

Для большинства черкесов депортация и то, что некоторые называют геноцидом черкесов, является объединяющим фактором, но для недавно обнаруженных черкесских групп в Ливане, Египте, возможно, в Ливии или Иране, их отъезд и присоединение к основной массе черкесов и черкесской родине предшествует 1864 году.

Хорошо известно, что черкесский язык быстро уступает место турецкому, арабскому, английскому и, может быть, не в такой же степени русскому, где бы черкесы ни жили. Таким образом, это печальная реальность, что черкесский язык больше не является главной обстоятельством, объединяющим нацию.

Мы все также знаем, что только меньшинство черкесов живет на родине и что в диаспоре черкесы живут во многих разных странах как граждане этих стран. Поэтому многие черкесы не живут в одной стране и не являются гражданами и частью политической нации одной страны.

Иначе говоря, взятый один за другим, ни один фактор не может охватить всех членов черкесской нации. Но каждый черкес имеет привязанность, по крайней мере, к одному из этих аспектов черкесии, что делает их частью более широкого мира черкесов.

В этот цифровой век можно говорить о каждом аспекте истории Черкесии, языке, культуре, музыке, национальной кухне, одежде и истории перемещения населения в историческую Черкесию и из нее, и знания о них могут быть распределены по национальным и языковым границам, так что любой, кто ищет их, найдет связь между черкесом из Нарткалы и другим черкесом из Ливана или Ирана, чьи предки покинули Черкесию в 13 или 14 веке.

Это желание и стремление быть частью этой древней, но также яркой и современной черкесской нации. И где бы ни жил черкес, он должен знать и чувствовать, что у него есть Родина под названием Черкесия. Может быть границы Черкесии спорны в современном мире и они уже не те, что были раньше, но Черкесия все еще существует. Таким образом, стремление и решимость принадлежать к черкесской нации и представление о Черкесии как о Родине должны быть поддержаны любой ценой регулярной и непрестанной политической, культурной, музыкальной и визуальной деятельностью.

Страны, в которых проживает 95% черкесского народа, переживают процесс трансформации и самых разных изменений. Эти изменения свои в каждой стране – РФ, Турции, Сирия, Израиль Иордания. Германия. Общее только то, что очевидно что тот мир, в котором будет жить молодое поколение черкесов, будет сильно отличаться от того мира, в котором выросли их родители. Как в условиях меняющегося мира и нестабильности сохранить и укрепить черкесскую национальную идентичность?

Зейнель Абидин Беслени: Перемены - это факт жизни, который влияет не только на такую раздробленную и израненную нацию, как черкесы, но и на такие многочисленные и могущественные нации, как англичане, русские и турки. Итак, каждое общество на Земле постоянно ищет способы справиться с переменами, и черкесы не исключение.

Для черкесов диаспоры и их молодого поколения спасение может заключаться в различии между интеграцией и ассимиляцией. Черкесам диаспоры необходимо интегрироваться в принимающее сообщество и участвовать во всех аспектах жизни в качестве черкесских граждан своих соответствующих стран и принимающих обществ. Они должны всеми силами отвергать геттоизацию и не должны оказаться в ситуации, когда им придется выбирать между лояльностью к черкесским делам и к делам своих государств. Так что быть иорданскими черкесами или американскими черкесами не является неправильным или обескураженным. Их политические и общинные лидеры должны быть достаточно усердными, чтобы найти правильные политические пути, чтобы избежать таких столкновений.

Таким образом, черкесы диаспоры могут достичь политического, экономического и личного прогресса в принимающих их обществах и вести здоровый и сбалансированный образ жизни социально и психологически. Они получают уважение и экономическую и политическую власть, с помощью которой они могут поддерживать черкесов в других странах и на родине политически, экономически, образовательно и даже культурно.

Что касается молодого поколения черкесов на родине, то здесь есть разные задачи, с которыми придется столкнуться, и стратегии, которым нужно следовать. Здесь черкесы имеют преимущество быть частью принимающей общины. По общему мнению, черкесская молодежь и молодое поколение делают большие успехи в спорте и в культурной сфере. Черкесские спортсмены и спортсменки достигают больших высот во многих видах спорта. Хоть и в периоде становления, мы можем говорить о современном черкесском кино, пытающемся затронуть современные темы и проблемы в современном черкесском обществе на родине. Черкесские музыканты выигрывают престижные конкурсы во многих странах мира. И все это они делают, не теряя своей национальной самобытности и любви к Черкесии.

Есть политическая сфера, в которой они ограничены. Но это проблема для всего обширного российского общества, и ее не изменят только черкесы. Но следует отметить, что советская и постсоветская эпохи уже прошли, и в черкесском и русском обществах уже происходит смена поколений. Поэтому черкесы должны быть готовы выступить со свежими мыслями и яркими идеями о будущем Черкесии и черкесов с их ближайшими соседями, а также в рамках более федеративной и демократической России.

Молодые черкесы кажутся более спокойными со своей черкесской идентичностью в глобальном мире. История доказала, что черкесская национальная идентичность не может существовать в изоляции, а может существовать только как часть более обширного мира.

Черкесская цивилизация. Её ценность и уникальность. Как объяснить молодому поколению и в Черкесии и в диаспоре, что они должны оставаться черкесами. В чем привлекательность и ценность черкесской цивилизации, культуры, национальной идентичности, как показать самим черкесам, в первую очередь молодёжи, а также и всему миру лучшие её стороны?

Зейнель Абидин Беслени: Как объяснялось в предыдущих ответах, в черкесских социальных и культурных структурах, а также в черкесском историческом опыте очевидно, что черкесы процветают, как индивидуально, так и коллективно, когда они взаимодействуют с внешним миром, и что их уверенность в себе возрастает вне их собственной общественной среды.

Сохранение и развитие черкесской государственности и черкесской цивилизации, как вы выразились, зависит от поиска путей, позволяющих черкесской молодежи чувствовать себя свободной и раскованной в своих спортивных, культурных и политических начинаниях. Старшее поколение должно воздерживаться от навязывания собственных ценностей и понимания истории Черкесии и Хабзе. Хабзе черкесов и подобные Хабзе социальные правила в других обществах меняются со временем и приспосабливаются к новым вызовам и условиям. Молодое поколение не должно быть задушено театральными и символическими аспектами черкесского Хабзе. Именно ее суть должна выжить и направлять подрастающее поколение. Именно философская сущность черкесского Хабзе нуждается в изучении и преподавании. Только так можно обеспечить сохранение, а еще лучше омоложение черкесской национальной идентичности и особенности черкесской цивилизации.

Сохранение исторической памяти и культурного наследия. Существуют ли в черкесском обществе проблемы в этой сфере? Если да, что необходимо сделать в этом направлении?

Зейнель Абидин Беслени: С начала 1990-х годов многие аспекты истории Черкесии, как на родине, так и в диаспоре, были открыты, изучены и стали достоянием общественности. Возрождение национального флага Черкесии, бесчисленные ужасы массовых убийств и депортаций 19-го века, восстановление термина "Черкесия" в сознании Черкесской общественности - это лишь часть, что пришла на ум. Поэтому есть много причин надеяться на восстановление воспоминаний о прошлом и обращение к ним как к путеводителю будущего.

Тем не менее, предстоит пройти долгий путь, чтобы разгадать тайны черкесской истории. Для этого необходимо поддерживать и поощрять большее число исследователей и ученых к изучению русских, турецких, арабских, иранских, британских, французских, греческих, польских и итальянских архивов, чтобы пролить свет на историю Черкесии, особенно в период после XIII века нашей эры. Изучение этих архивов продемонстрирует черкесской молодежи, что у них долгая, богатая и насыщенная событиями национальная история и что черкесы прошлого были не каким-то маленьким неясным внутренним племенем, а уникальным и значимым народом, который всегда играл важную роль в истории Черноморского, Ближневосточного и Евразийского регионов. Несомненно, темные страницы Черкесской истории также будут раскопаны и изучены, но это необходимый процесс для любого народа, чтобы примириться со своим прошлым и представить лучшее будущее для своих членов.

Такие мероприятия, как возведение статуй исторических личностей и повторная черкесизация черкесских имен и фамилий, как на родине, так и в диаспоре, безусловно, будут способствовать распространению в сознании черкесской общественности знаний о черкесской истории и национальной памяти. Создание горизонтальных культурных связей между различными черкесскими общинами также будет способствовать продвижению усилий на этом фронте, чтобы все черкесы во всем мире могли больше узнать об уникальной культурной истории и наследии других черкесских общин.

Каковы политические и культурные цели и задачи черкесского национального движения? Что нужно делать для их достижения?

Зейнель Абидин Беслени: Черкесские культурные, политические и общественные деятели, или любой черкес, который глубоко заботится об этих сферах черкесской жизни, должны обдумать ответ на важнейший вопрос, стоящий перед черкесами в XXI веке: должны ли черкесы составлять культурную или политическую нацию? От ответа на этот вопрос во многом зависит, что делать в будущем.

Если черкесские активисты и ведущие политические деятели на родине стремятся к тому, чтобы черкесы оставались культурной нацией, они могут просто продолжать свои усилия по сохранению нынешнего статус-кво. Это предполагает, в частности, продолжение проживания в четырех различных субъектах Российской Федерации; говорение, преподавание, изучение, написание и издание книг на двух официальных литературных языках; ведение международных отношений на основе культурной близости и сентиментальности.

Если вы смотрите на черкесские дела с точки зрения культурной нации, то вы можете даже считать черкесов счастливыми в том смысле, что они номинальны, либо единолично, либо совместно, в трех союзных республиках на том, что осталось от их бывшей исторической родины, которые имеют границы, собственную местную полицию, парламенты, флаги, национальные школы и т. д. Да, представители одной и той же черкесской нации могут быть разделены на четыре субнациональности: адыгейскую, шапсугскую, черкесскую и кабардинскую, но опять же все знают, что это один и тот же народ, так чего же волноваться?

То же самое касается и языкового вопроса. Черкесы не единственная нация в мире, чей национальный язык не имеет единого стандартизированного варианта. Два литературных варианта черкесского языка являются официальными языками в этих республиках и преподаются в школах. Для культурной нации или сообщества наличие двух литературных языков может быть не так уж плохо. Вы можете потратить свои ограниченные ресурсы на попытки преподавать два варианта одного и того же языка, который довольно трудно преподавать и изучать, если это не ваш родной язык, но по сравнению с другими изолированными этнокультурными группами по всему миру, можно даже считать это большим достижением.

С другой стороны, для диаспоры сохранение статус-кво может означать, например, что некоторые черкесские активисты и общественные лидеры продолжают действовать на эмоциях, рассматривая Абхазию как часть своей воображаемой Родины и абхазское дело как часть своего черкесского дела. Поскольку они чувствуют культурную близость с абхазами, они продолжают тратить значительную часть своей довольно ограниченной политической энергии и экономической силы на Абхазию, хотя то, что они чувствуют к Абхазии, не является взаимным со стороны абхазского истеблишмента. И они в значительной степени, если не полностью, исключены из дел Абхазии, в первую очередь, абхазскими элитами. Потому что для этих черкесских активистов культурная близость перевешивает все остальные соображения.

Таким же противопоставлением культуры и политики черкесские активисты отдают приоритет абхазским делам, а не собственным отношениям с ближайшими соседями и политическими партнерами в двух из трех республик: карачаево-балкарцами, как на родине, так и в диаспоре. Хотя они могут иметь культурную близость с Абхазией и абхазами, они продолжают игнорировать историческую, географическую, социальную и, самое главное, политическую родство, близость и действительность, что именно карачаево-балкарцы являются их ближайшими соседями, родственниками и политическими партнерами сейчас и в будущем, несмотря на меньшую культурную близость с ними.

С другой стороны, некоторые другие черкесские активисты продолжают строить планы относительно своей исторической родины и составлять карты для своей страны, но никто не сомневается, что карачаево-балкарцы захотят быть частью этих планов. Таким образом, самоудовлетворение некоторых черкесских активистов может продолжаться и без консультаций и без попыток вторжения к их политическим и географическим партнерам: Карачаево-Балкарскую общину.

Это результат концептуализации вашей нации, черкесской нации, как культурной нации. Вам не нужно обдумывать политические стратегии; вы можете просто работать над сохранением статус-кво, чтобы кто-то другой мог прийти и решить ваши проблемы с вашими ближайшими соседями, тогда и когда они пожелают.

Однако для тех, кто заботится о будущем Черкесской нации и ее выживании не только как культурного, но и как политического образования на века вперед, существуют различные стратегии, которым нужно следовать, а также приоритеты и выбор. Потому что для того, чтобы черкесы стали или возобновили свое положение в 19 веке как политическая нация, необходим полный пересмотр существующих в настоящее время способов мышления и изменение национальных приоритетов.

Хотя очень трудно в нескольких предложениях суммировать сложные политические проекты и замысловатые предложения о политическом будущем черкесов и Черкесии как политического образования на Северном Кавказе, я, пожалуй, могу кратко предложить свою собственную точку зрения, рассмотрев те же самые вопросы: политическое разделение; существование двух литературных языков и лингвистическое разделение; роль Абхазии в Черкесской концепции Родины и политическая зрелость в отношениях черкесов с карачаево-балкарцами или ее отсутствие.

Позвольте мне начать с лингвистического раздела. На родине есть приблизительно 700-800 000 Черкесов, подавляющее большинство из которых все еще говорят по-черкесски, к счастью, хотя возрастающее меньшинство этого не делает. Из этих Черкесов примерно 85% говорят на восточном диалекте, а остальные 15% - на западном. В диаспоре ситуация иная, но мы все знаем, что уровень сохранения языка в диаспоре резко снижается, так что кто говорит на каком диалекте в диаспоре уже не так важно, потому что в течение 20-30 лет в диаспоре будет не так много черкесов, говорящих на языке. Поэтому я не считаю, что стратегии выживания черкесского языка должны основываться на ситуации в диаспоре. Именно на своей родине язык живет и процветает.

В последние годы было организовано так много конференций и семинаров, чтобы обсудить, что делать для выживания национального языка. Но ничего конкретного из них не вышло. У тех, кто заботится о политической нации, есть более простые и менее сентиментальные решения, что нет больше места для авантюризма для будущего черкесского языка. Восточная Черкесия преобладает в Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии. Даже в Адыгее, вероятно, около 10% черкесского населения говорит на восточном диалекте. Поэтому, когда речь заходит о лингвистическом спасении, значение имеют числа, а не сентиментальность.

Черкесы должны согласиться с тем, что восточный диалект является их единственным литературным языком и что только восточный диалект официально должен использоваться в школах, на телевидении, в социальных и печатных средствах массовой информации, газетах, книгах, театре и кино во всех трех республиках и в Шапсугской области. А внутри российского государства, политических и образовательных учреждений должно быть только одно название для их языка: черкесский. Не кабардино-черкесский и не адыгейскую: черкесский и только черкесский. Пожалуйста, без возражений.

Просто нельзя терять время. Западный диалект, безусловно, можно продолжать преподавать как дополнительный предмет, и он, несомненно, будет продолжать жить в местных общинах в Адыгее и Шапсугии. Но жизненно важно, чтобы каждый черкес умел общаться с другим на одном литературном языке. То же самое происходит с каждой страной и нацией по всему миру. Сентиментальность и попытки сохранить каждый отдельный звук в вашем языке не дадут желаемого результата. Во всем мире этого никогда не было и никогда не будет, включая Черкесию. Я предлагаю это как черкесский ученый, выросший в западной черкесскоязычной среде в диаспоре. Как было сказано выше, когда речь заходит о преодолении самого фундаментального препятствия на пути к спасению будущего вашего языка, нет места сентиментальности или личному выбору.

Что касается прекращения политического разделения черкесов в максимально возможной степени на родине, то вопрос об объединении трех республик, который когда-то обсуждался в начале 1990-х годов, должен быть немедленно вновь вынесен на первый план. Очаги черкесских общин сами по себе не могут создать жизнеспособную экономику, культурную сферу, достаточно крупные средства массовой информации в Черкесии, или, другими словами, достаточно большую страну; она может быть автономной, чтобы функционировать как родина Черкесов.

Но давайте не будем заблуждаться на этот счет! Это не Великая Черкесия. Это может быть только новая двойная Черкесско-Карачаево/Балкарская республика, где черкесы и карачаево-балкарцы являются титульными нациями. Может быть, не культура и язык, а география и история связывают судьбы черкесов и карачаево-балкарцев. Либо они будут продолжать терпеть неудачи порознь, либо преодолеют свои разногласия, мелкие исторические претензии и краткосрочные интересы отдельных слоев правящей элиты, чтобы построить для себя новое будущее.

Эта новая республика будет иметь земельный участок площадью более 35 000 кв. м, что больше, чем Армения, и иметь около 1,8 млн жителей, а также около 700 000 черкесов и 320 000 карачаево-балкарцев, 600 000 русских, а также тысячи абазин, ногайцев, осетин и других этнических групп. Ни одна этническая группа не будет доминировать, но каждый будет принимать участие в будущем этой республики. Разделенные черкесы и карачаево-балкарцы будут объединены в ней и станут частью одного политического образования, а большая республика с большим населением и экономикой привлечет больше инвестиций и предоставит больше возможностей предпринимателям, художникам, спортсменам и спортсменкам. Это будет выгодно и для России, поскольку на Западном Кавказе появится более эффективная форма правления со всеми ее экономическими и социальными преимуществами. Политическая стабильность возрастет, межэтнические отношения станут спокойнее.

Западный Черкес из Тахтамукая и Восточный Черкес из Терека будут гражданами одной республики, слушать одни и те же черкесские теле-и радиостанции, читать одни и те же книги на одном и том же литературном языке и ходить в школы учиться на одном и том же литературном языке. То же самое относится к карачаевской и балкарской общинам в том смысле, что горы больше не будут их разделять, а их языки и общинные отношения не разойдутся, а сольются.

Это новое образование также повысит политическую значимость как черкесов, так и карачаево-балкарцев в глазах федерального центра. Это также может остановить отток молодежи из этих республик в столичные центры Москвы и Санкт-Петербурга в поисках работы и других возможностей.

До тех пор, пока не созреют политические и социальные условия для реализации этого предложения, могут быть приняты некоторые временные меры, которые проложат путь к успеху этого проекта. Поскольку Северная Осетия добавила к своему названию Аланию в начале 1990-х годов, черкесы в трех республиках должны принять термин «Черкесия» в своих республиках. Он уже включен в название Карачаево-Черкесии. Теперь он может быть также включен в название Адыгеи и Кабардино-Балкарии. Адыгея может стать Республикой Адыгея-Черкесия, как она называлась в начале 1920-х годов, или быть переименована в Республику Западная Черкесия, а Кабардино-Балкария может быть переименована в Республику Восточная Черкесия-Балкария. Начиная с предстоящей переписи населения в России, все черкесы также должны быть зарегистрированы как черкесы, а не как адыги, кабардинцы, шапсуги и т. д. Для более безопасного национального будущего каждый сегмент черкесского общества и интеллигенции должен пойти на жертвы.

Конечно, должны быть компромиссы, которые могут помешать интересам того или иного клана или группы людей в нынешнем статус-кво, но в конечном счете это единственный способ вернуть черкесскому и карачаево-балкарскому народам уверенность в себе и построить себе устойчивое будущее. Этот проект должен иметь приоритет над любым другим национальным проектом и задавать тон.

Это также возвращает нас к извечному, но бесплодному вопросу в сознании большинства черкесских активистов: Абхазия. Как было сказано выше, рассматривая Абхазию как часть своего Черкесского будущего и дела, некоторые черкесские организации и активисты продолжают делать то, чего не хотят абхазские элиты. Потому что, по большому счету, абхазский истеблишмент не рассматривает Черкесию и черкесские дела как часть своего Абхазского национального дела. Или, может быть, абхазские элиты действительно хотят, чтобы черкесы внесли свой вклад в национальное дело, но не знают, как вернуть эту услугу, потому что ни один черкес никогда не просил абхазов вернуть эту услугу в значимом формате, который понимает абхазский политический истеблишмент. Потому что последние 30 лет абхазы находятся в процессе становления политической нации, в процессе, который сужает пространство для сентиментальности, в то время как черкесы колеблются между тем, чтобы быть культурной общностью и превратиться в полноценную политическую нацию.

Необходимо пересмотреть всю основу современных черкесско-абхазских отношений. То, что есть сейчас, не работает и не работало для черкесов. Если черкесы хотят продолжать или их просят продолжать тратить свое ограниченное время, политические и экономические силы на абхазские дела, особенно в диаспоре, они также должны быть частью процесса принятия решений. И когда черкесы нуждаются в помощи, как это было недавно с черкесами Сирии, и где черкесские республики ограничены в своих возможностях из-за контроля федерального центра в Москве над черкесскими делами, Абхазия должна играть большую роль в спасении черкесских жизней. Есть много других аспектов этих отношений, которые могут быть проанализированы, но основное расхождение заключается в том, как черкесы и абхазы концептуализируют друг друга и Родину друг друга с точки зрения их собственной идеи государственности и национальной Родины. И при этом именно черкесы неоднозначны и нерешительны. И это нужно изменить.

Таким образом, с точки зрения международных отношений в пределах Северо-Западного Кавказа приоритетом Черкесов являются карачаево-балкарцы, а не Абхазия. Чем скорее черкесский истеблишмент поймет это, тем лучше для всех политических деятелей в регионе установить внутриобщинные отношения, основанные на политической и прагматической основе, а не на сентиментальности и базовых культурных связях.

0 Распечатать
Наверх